Священномученик Николай Погостинский, священник (Карасев)

Священномученик Николай родился 23 апреля 1901 года в селе Гусевский Погост Касимовского уезда Рязанской губернии в семье крестьянина-плотника Никиты Николаевича Карасева и его жены Екатерины Васильевны. Закончил учительскую школу. До революции Николай Никитович числился служащим, совмещая повседневные труды и заботы с посильным служением в местной церкви в качестве певчего и псаломщика. В 1920-е годы он был рукоположен во диакона к местной Преображенской церкви и долгое время, несмотря на гонения, усиливавшиеся из года в год, добросовестно исполнял церковное послушание.

Государство, объявившее войну Православной Церкви, пыталось всячески дискредитировать в первую очередь добросовестных и усердных священно-церковнослужителей. Отец Николай в первый раз был арестован органами НКВД в 1935 году по подозрению в поджоге леса, но за отсутствием доказательств через месяц его освободили.

В 1937 году в семье отца Николая и супруги его Марии было трое детей: сын Василий девяти лет, дочери Нина и Александра – четырнадцати и десяти лет. Личное хозяйство его семьи состояло из дома с надворными постройками да одной коровы.

Во священника отец Николай был рукоположен незадолго до ареста, который последовал 27 сентября 1937 года. Арестован он был по обвинению в «участии в контрреволюционной повстанческо-террористической организации». Допросы проводились с сентября по декабрь 1937 года. Отца Николая пытались заставить принять ложные обвинения, но он спокойно все отвергал. В ответ на издевательства следователей отец Николай противопоставлял некое юродство. Так, в допросе от 25 ноября записано следующее:
— Что вы знаете о контрреволюционной деятельности священника Динариева?
— …1932 года посещал в августе Динариева с Петром Федосеевичем (фамилия неразборчива), где собирались из духовных. В 1931 году зарезал свинью тайно ночью и шкуру не сдал и не обдирал. Иных каких-либо фактов контрреволюционной деятельности Динариева не знаю.

На последнем допросе 1 декабря 1937 года в тот момент, когда отец Николай должен был подписать протоколы с якобы его показаниями, он, взяв их, разорвал на мелкие клочки. Об этом в следственном деле имеется акт с подписью троих сотрудников РО УНКВД. Дело отца Николая Карасева было передано на рассмотрение «тройки» при УНКВД по Рязанской области, постановлением которой от 6 декабря 1937 года 58 п.10-11 он был приговорен к расстрелу вместе с группой невинно осужденных священников и мирян.